Истец К. обратилась в суд с иском к ответчику К. о прекращении права пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета.

В исковом заявлении истец К. указала, что является собственником квартиры на основании договора купли-продажи. Право собственности зарегистрировано в установленном законом порядке. Ответчик К. является её сыном. В спорное жилое помещение ответчик никогда не вселялась, в нем не проживал, прав на него не приобрел, в оплате расходов за жилое помещение и коммунальные услуги не участвовал, какие-либо соглашения по порядку пользования квартирой между истцом и ответчиком отсутствуют. Решением суда К. лишен родительских прав в отношении детей, которые также зарегистрированы в спорном жилом помещении. Наличие регистрации создает истцу препятствия в пользовании и владении жилым помещением.

Истец К. в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении, просила их удовлетворить. Дополнительно пояснила, что где живет ответчик в настоящее время ей не известно. Квартиру в г. Сланцы она покупала для того, чтобы К. переехал из Санкт-Петербурга и жил здесь. Однако в квартиру он не вселялся, никогда в ней не бывал, вещей там своих не хранит. Коммунальные услуги не оплачивает, и ему нельзя находиться  с детьми в одном жилом помещении.

Ответчик К., представитель третьего лица ОМВД России по Сланцевскому району Ленинградской области в судебное заседание не явились, возражений по иску не представили, были извещены надлежащим образом о слушании дела.

Допрошенный в ходе судебного заседания свидетель С. показала, что она с 2016 года знакома с К.. и К. Где именно проживает ответчик К. ей не известно, но она знает, что он зарегистрирован по месту жительства в Сланцах, однако с его слов в этом городе он никогда не бывал. К. в 2015 году был лишен родительских прав, и его дети проживают в  Санкт-Петербурге вместе с дочерью истца.

Свидетель Э. показал, что К. является супругом его сестры Б. С ответчиком знаком примерно с 2010 года, когда они начали встречаться. В 2012 году К. переехал жить к нему в квартиру и проживал там до мая 2018 года. С 2016 года по 2018 год шли судебные разбирательства по вопросу выселения их из квартиры, так как они в квартире шумели, постоянно выпивали. Когда их выселили, то они стали жить в деревне Н.. Недавно при встрече К. подтвердил, что проживает всё также в деревне Н.. Насколько ему известно, ответчик в Сланцы никогда не приезжал.

Прокурор в заключении полагал, что исковые требования подлежат удовлетворению в части признания ответчика К. не приобретшим права пользования жилым помещением, требование о снятии с регистрационного учета удовлетворению не подлежит, как излишне заявленное.

В ходе судебного разбирательства из пояснений истца К., письменных доказательств, представленных в материалы дела, установлено, что истец на основании договора купли-продажи квартиры является собственником квартиры. Право собственности зарегистрировано в установленном законом порядке в 2017 году.

Ответчик К. с 18 июня 2018 года зарегистрирован по месту жительства в спорном жилом помещении.

Учитывая положения ст. 35 Конституции РФ, ст. 209, 223, 235, 288, 292, 304 Гражданского кодекса РФ, ст.. 11, 30, 31 Жилищного кодекса РФ, разъяснения п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», а также то, что из установленных по делу обстоятельств следует, что в период после регистрации по месту жительства и по настоящее время ответчик  К. в принадлежащем истцу жилом помещении не проживает, своих вещей там не хранит, попыток вселения в квартиру не предпринимал, членом семьи собственника не является, никаких соглашений о праве пользования жилым помещением между ним и истцом не имеется, а сам по себе факт регистрации без проживания не влечёт за собой сохранения права пользования жилым помещением, суд пришел к выводу о том, что правовые основания для сохранения собственником К. права пользования за К. в отношении спорного жилого помещения в силу закона либо договора отсутствуют, регистрация ответчика в спорном жилом помещении по существу носит формальный характер и не может порождать каких-либо прав или обязанностей у сторон и решением от 18 сентября 2025 года удовлетворил заявленные К. исковые требования в части признания ответчика К. не приобретшим право пользования спорным жилым помещением.

При этом суд отказал в удовлетворении требования истца об обязании органов миграционного учета снять ответчика с регистрационного учета по месту жительства в спорном жилом помещении, поскольку в соответствии с подп. «е» п. 31 постановления Правительства РФ от 17 июля 1995 года № 713 «Об утверждении Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации и перечня лиц, ответственных за прием и передачу в органы регистрационного учета документов для регистрации и снятия с регистрационного учета граждан Российской Федерации по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации» снятие гражданина с регистрационного учета по месту жительства производится органами регистрационного учета в случае признания гражданина утратившим право пользования жилым помещением - на основании вступившего в законную силу решения суда.

Решение суда не вступило в законную силу и может быть обжаловано в установленном законом порядке.